(12) АРКАДИЙ МАЛЕР: РОССИЯ – ГАРАНТ ЕВРОПЕЙСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ УКРАИНЫ

Прежде всего, я бы хотел заметить, что тема Украины для всех нас, если мы будем максимально честны перед самими собой, – это, конечно, тема возвращения Украины, возвращения в единое Российское государство просто потому, что вся территория Украины, равно как Белоруссии или Казахстана, – это историческая часть России, русского народа, русской истории. Поэтому, если мы воссоединим когда-нибудь эти территории, то будущее государство даже нельзя будет со всей точностью назвать “империей”, ибо это – собственно национальные территории русских, это территория России как таковой. При этом, в сравнении с Белоруссией и Казахстаном, тема Украины имеет, на мой взгляд, абсолютное значение для России, это самая приоритетная из всех приоритетных геополитических тем, и вряд ли нужно нашем кругу приводить самоочевидные аргументы, почему это так – потому что это значительная часть европейской России, потому что это наша историческая родина, потому что это Киево-Печерская Лавра и Святая София Киевская, потому что это Крым, Севастополь, Одесса, потому что это выход к Черному морю и проливам, в конце концов. Поэтому, на мой взгляд, перефразируя Бориса Николаевича, нужно каждый день просыпаться с мыслью – что ты сделал для возвращения Украины? Если через полвека Украина не будет частью государства Россия, то это наша национальная катастрофа, это означает, что мы как нация многого уже сильно не можем. Что меня больше всего поражает в нашей политике на украинском направлении – это какая-то чудовищная несогласованность и некомпетентность многих ее участников, а также невостребованность многих позитивных инициатив, которые периодически всплывают от различных активистов. Лично я считаю, исходя из того, что я реально наблюдаю все эти годы, что один только Институт стран СНГ Константина Затулина, и особенно заведующий Отделом Украины этого института Кирилл Фролов делают для решения украинского вопроса больше, чем многие инициативы сверху, которые разбиваются об элементарное равнодушие. Что меня больше всего пугает в этом отношении – это заочное смирение многих наших политиков в том, что Украина – это уже «другая страна», и наши судьбы разошлись. Люди, которые смиряются с «суверенной Украиной», завтра будут смиряться с «суверенной Сибирью» и, тем более, «суверенным Татарстаном». Да, мы, естественно, должны учитывать факт семнадцати лет незалежности, но учитывать в целях победы, а не поражения. Я хочу быть правильно понятым: то, что я сейчас говорю, – это вовсе не экстремизм, это констатация элементарных национальных интересов России. Мы уже многое и давно сдали, мы уже со многим смирились, но Украина – это та граница, отступать от которой уже невозможно, это наш минимум миниморум, иначе давайте писать историю России с нуля, как будто ничего и не было.

На вопрос «что делать?», я могу сказать о том, чего категорически не надо делать и на что я хочу обратить специальное внимание. Не надо идти на Украину, а равно и в Белоруссию, Молдавию, Прибалтику не как Россия, а как нечто иное – как нечто, противостоящее Европе и несущее этим странам принципиальный антиевропеизм. Ибо это, во-первых, ложь, а во-вторых, это то, чего больше всего от нас хотят наши враги. В политическом мире часто смиряются с наклеенными ярлыками и навязанными ролями, если нас долго и громко кто-то называет злом, “империей зла”, то мы уже рады с этим смириться. Мы знаем, что со времен 90-х годов среди нашей патриотической оппозиции вполне логичные антизападнические настроения часто перерастают в откровенно антиевропейские, и это грозит кризисом всей нашей же национальной идентичности. Россия – европейская славянская христианская страна, также как Украина – это часть общего европейского славянского христианского пространства, и мы должны идти на Украину только как выразитель подлинно европейских, подлинно христианских ценностей, как подлинная Европа, а не Азия и не мультикультурный Евросоюз. Мы должны объяснить украинцам, что именно мы – гарант подлинного европеизма, а Евросоюз несет Украине ценностный нигилизм, делает ее плацдармом для свободной исламизации, для конфликта США и ислама, а также США и самой России, что скоро ввергнет эту территорию в пучину терроризма и этноконфессионального хаоса. Россия для Украины – это естественный, органический, единственно возможный покровитель, это ее «удерживающий», который гарантирует на ее территории абсолютную стабильность, сохранение и развитие европейских ценностей. Кстати, именно поэтому можно заметить один, на первый взгляд, парадокс: дерусификация Украины – это ее деславянизация, причем на всех возможных уровнях. Это очень хорошо заметно по языку, который на Украине заражается англицизмами. Соответственно, то, что категорически нельзя делать – это принимать тот образ, который навязывает нам враг, каким бы ни было наше отчаяние. В этом отношении я считаю совершенно контрпродуктивной ту деятельность, которую ведут на Украине те российские организации, которые выступают там в качестве наследника СССР, сталинизма или монгольской орды, как это делает какой-нибудь Евразийский союз молодежи Дугина. Я понимаю, что это явление чисто эпатажное и маргинальное, но это именно то, чего от нас очень ждут наши враги, когда мы приезжаем в Киев или во Львов с лозунгами «наш сапог свят» и «вернем империю Чингисхана». Мы должны объяснить украинским западенцам, что мы не имеем ничего против их культуры, их красивейших и чистых городов, что мы сами любим эти города, эту культуру и эту чистоту, и лично я бы очень хотел, чтобы какой-нибудь, на мой взгляд, совершенно убитый в эстетическом смысле город Запорожье был таким же прекрасным и чистым, как Львов. Культура украинской западенщины – это часть нашей культуры, наша культура немыслима без этой части именно потому, что наша культура – европейская и христианская, и поэтому наше воссоединение должно служить ценностям этой культуры, этой красоты и чистоты, а не противостояния Западу или кому-то еще.